Древо преткновения

2011-04-13

Зачем от городских скверов оставили одни пеньки

«Это же кошмар какой-то!» «Одни пеньки торчат!» «Вот вам бы взять да руки и пообрезать!» «Мы эти деревья сажали, а вы погубить хотите!». Вот типичная реакция карагандинцев на новый облик городских скверов. На площади Независимости, около вокзала, за угольным департаментом и возле загса теперь торчат голые стволы. «Новый Вестник» попытался разобраться, зачем лес рубят и щепки летят.

Общественница Екатерина Орункаева – из тех, кто предпочитает действовать. Она увидела, как обрезают яблони и клены в сквере за угольным департаментом. Ужаснулась. Потом начала искать в Интернете: можно ли так обращаться с деревьями. Нашла статьи по дендрологии. Узнала, что обрезка типа «елки-палки», когда от ветвистого дерева остается один ствол, называется топпингом и во всем мире считается варварством. Такая обрезка может стоить дереву жизни. По словам специалистов, после топпинга гибнут до 50% зеленых насаждений. Происходит это не сразу. Через 10-15 лет после обрезки дерево обрастает длинными и толстыми ветками – они вымахивают до 10 метров длиной. Ствол не выдерживает их веса, ветки отваливаются. А дерево в это время начинает гнить изнутри. Екатерина распечатала всю эту информацию, прикрепила к ней фотографии «оттопинованных» карагандинских деревьев, собрала сотню подписей и отнесла все это в акимат, потребовав от чиновников «прекратить варварское уничтожение деревьев».

ОТВЕТ РЕБРОМ
Городские скверы «прореживает» коммунальное предприятие «Райкомхоз». Директор Николай Полевой говорит, ему уже откуда только не звонили – и из акимата, и из природоохранной прокуратуры – жалобы горожан дошли до всех.
- Ходят люди, что-то у них чешется: надо кого-нибудь покритиковать. А заодно себя пропиарить, -
возмущается Николай Григорьевич. Он тоже собрал статьи по дендрологии и отправил их чиновникам. В его материалах говорится, обрезка деревьев «под ноль» называется формовочной и ее хорошо переносят вязи, клены, ивы, тополя, ясени, яблони и акации. Николай Полевой соглашается с горожанами: да, сейчас деревья выглядят непрезентабельно. Но никакого риска для жизни зеленых насаждений нет.
- По нормативам нужно обрезать стволы деревьев на высоте 3-4 метра. Наши рабочие везде оставляют по 3,5 метра. На следующий год у этих деревьев вырастут новые ветки – они будут длиной до полутора метров.

ИНДИВИДУАЛЬНЫЙ ПОДХОД
Стволы, голые, как макушки призывников – это хорошо или плохо? Биолог на пенсии Валентина Елизарова уверена, однозначного ответа на это вопрос нет. Топпинг может погубить дерево, а может продлить ему жизнь. Валентина Ивановна рассказывает, как в начале 70-х годов обрезкой «под ноль» спасли зелентрест.
- Тополя были посажены там в конце 30-х годов. Срок жизни этих деревьев – 40 лет. И вот к концу 60-х годов зелентрест начал высыхать. Тогда дендрологи решили – надо резать. И спилили тополя почти под корень. От сквера остались ряды 20-сантиметровых пеньков. На следующий год тополя начали отрастать от корня – есть у этих деревьев такая способность. Посмотрите сегодня на зелентрест – деревья до сих пор живы.
Но тогда, говорит Валентина Петровна, за обрезку деревьев отвечали специалисты старой школы. Те, кто учился у дендрологов из Москвы и Петербурга, эвакуированных в Караганду во время войны. Сейчас они уже не работают.
Валентина Ивановна подводит итоги: обрезка «под ноль» вполне приемлема. Она действует как шоковая терапия. А потому подходит далеко не всем деревьям. Сначала насаждения, которые нужно обрезать, должен осмотреть дендролог. Он ставит диагноз и выписывает «рецепт» – как и какое дерево резать. Сегодня же об индивидуальном подходе и речи нет.
- Мы что, каждое дерево спрашивать должны? -
недоумевает директор «Райкомхоза» Николай Полевой. – Все деревья мы обрезали одинаково, и все будут одинаково классно расти.

ПРАКТИКА ОБРЕЗАНИЯ
Мастер бригады озеленителей «Райкомхоза» Людмила Соколова со своим начальником согласна. Пока ее бригада пилит стволы в запущенном скверике у загса, Людмила рассказывает, что происходит с деревом после того, как от него остался один ствол.
- Видите, вот этот тополь? Красивый?
Мастер показывает на дерево метров пять высотой. Тополь выглядит растрепанным: ветки в разные стороны, почти половина из них – сухие.
- Вообще-то не очень.
- Это потому, что ему не хватает воды. Сок просто не доходит до верхних веток, и дерево постепенно начинает высыхать. Этому тополю лет 15. Если мы его сейчас не обрежем, он протянет еще от силы года три. А если обрежем – лет 10 точно. Когда мы срезаем все ветки, ствол начинает напитываться соками. Как только насытится, он отпускает новые ветки – теперь им есть чем питаться. К августу они уже будут сантиметров по 30. Да, в этом году дерево будет выглядеть некрасиво. Зато следующей весной у него еже будет эстетичный вид. Мы подровняем крону, придадим ей округлую форму: нельзя давать веткам сильно отрастать – тогда им снова будет нечем питаться.

ГРУДЬЮ НА АМБРАЗУРУ
Общественники же всем этим доводам особо не верят. Екатерина Орункаева уверена: вреда от обрезки деревьев гораздо больше, чем пользы:
- Деревья лишают листьев, а значит, город – кислорода. К чему это приведет? Воздух станет хуже. Станет больше шума. Усилится солнечная радиация. Еще из последствий – пыльные бури и эрозия почвы.
Екатерина хочет продолжать борьбу за тополя и клены. Вот только будет ли польза от писем чиновникам? Психолог Дамир Каримов два года назад тоже собирал материалы по дендрологии, фотографировал деревья-«обрезки» и писал в акимат. Тогда его поддержали многие местные экологи. Но это не помогло.
- Знаете, я как-то прочитал в одной из статей, что топпинг – это вид обрезки, который применяется только в неразвитых странах. Получается, что, оставляя от деревьев одни стволы, мы автоматически причисляем себя к странам третьего мира.
Как заставить чиновников прекратить обрезку деревьев «по самое не могу», Дамир не знает. Екатерина тоже. На страничке в одной из социальных сетей, где девушка написала о своей маленькой войне за тополя и клены, ей посоветовали пустить в ход «тяжелую артиллерию»: «Как насчет приковать себя цепями к деревьям? Нужны не подписи, а здоровенные плакаты! И люди чтоб вокруг деревьев кольцом стояли и своими телами защищали то, во что они верят!».

Зелёные факты- От 10 до 20 тысяч тенге. Такую сумму в Караганде тратят на обрезку «до ствола» одного дерева.
- Одно дерево за сутки выделяет столько кислорода, сколько необходимо для дыхания трех человек.
- За один солнечный день 1 гектар леса поглощает 120-280 кг углекислого газа и выделяет 180-200 кг кислорода.
- Один гектар хвойных деревьев задерживает за год 40, а лиственных – 100 тонн пыли.